2026.3

Введение. Статья посвящена анализу терминологии и теоретико-методологических оснований археопаразитологии.

Материалы и методы. Исследование основано на анализе отечественной и зарубежной литературы по палеопаразитологии, археопаразитологии, палеопатологии, патоэкологии и антропологии. Проводится критическое рассмотрение ключевых понятий и теоретико-методологических оснований археопаразитологии.

Результаты. Показано, что термин «палеопаразитология» целесообразно связывать преимущественно с изучением паразитов палеонтологической древности и биолого-эволюционных аспектов системы «паразит-хозяин», тогда как термин «археопаразитология» более корректен для исследований паразитов в археологическом материале, связанном с человеком и его деятельностью. Обосновано, что археопаразитология занимает пограничное положение между археологией, паразитологией, биоархеологией и палеопатологией и обладает собственной спецификой объектов, диагностической логики и процессом реконструкции.

Заключение. Археопаразитология должна рассматриваться как самостоятельное междисциплинарное направление, ориентированное на реконструкцию паразитарных заболеваний, образа жизни и хозяйственно-культурной среды древнего населения. В качестве её наиболее продуктивной теоретической основы предлагается сочетание патоэкологического подхода с концепцией антропогеоценоза.

Финансирование. Работа выполнена в рамках выполнения государственного задания «Исследование палеопопуляций человека в контексте анализа природных и антропогенных экосистем Западной Сибири и прилегающих территорий (ZWRZ-2026-0029), № 126022618022-2».

Введение. Избыточный вес демонстрирует катастрофическое распространение по всем экономически развитым странам мира, несмотря на всемирные усилия по его профилактике. Целью работы был анализ предикторов избыточного веса, последствий его формирования и подходов к профилактике у детей.

Материалы и методы. Для анализа современного состояния изучения избыточного веса у детей 3-12 лет были использованы материалы из 168 зарубежных источников литературы из международной базы данных PubMed. Критерием включения источника в рассмотрение были репрезентативные выборки и наличие количественных данных по детям в возрастном интервале от 3 до 12 лет, характеризующих тот или иной аспект проблемы избыточного веса. Поиск информации проводился по следующим направлениям: «дети дошкольного и младшего школьного возраста», «избыточный вес и/или ожирение», «рацион питания», «экранное время», «сидячий образ жизни», «качество сна», «физическая (мышечная) работоспособность», «двигательная подготовленность», «физическая (двигательная) активность», «влияние окружающей среды».

Результаты и обсуждение. В Сообщении 3 систематизированы сведения о роли экранного времени, нарушения сна, среды обитания ребенка, включая пищевые ландшафты, социально-экономического статуса семьи, а также о связи двигательной сферы с избыточным весом, включая занятия спортом, изменения физической подготовленности, использование двигательной активности в профилактике избыточного веса. На основании анализа узловых факторов, ведущих к формированию избыточного веса, предложены направления профилактической работы с детьми, для предотвращения избыточного веса и метаболического синдрома.

Заключение. Проведенный анализ публикаций по проблеме избыточного веса у детей и весомых факторов, вызывающих нарушения метаболизма, позволяет наметить направления профилактической работы, учитывающие современное состояние исследований. Эта комплексная работа должна вестись одновременно в нескольких направлениях и на разных уровнях: индивидуальном, семейном, школьном, и на уровне общества и государства.

Благодарности. Исследование выполнено в рамках государственного задания № 073-00070-25-03 ФГБУН «Институт развития, здоровья и адаптации ребенка» Министерства просвещения России.

Финансирование. Исследование финансировалось в рамках государственного задания № 073-00070-25-03 ФГБУН «Институт развития, здоровья и адаптации ребенка» Министерства просвещения России.

Введение. Рассматривается временнáя динамика пика скорости роста длины тела и полового диморфизма длины тела 17-летних юношей и девушек.

Материалы и методы. К исследованию привлечены материалы ростовых исследований в городах-миллионниках РФ – Новосибирск, Самара (Куйбышев), Санкт-Петербург (Ленинград) – на историческом интервале конец 1950х–2010е годы. Численность каждой возрастно-половой группы в выборках не менее 100 человек. Для оценки календарного возраста (в годах) и интенсивности (в см) пика скорости роста длины тела строились графики динамики приростов длины тела с последующим сглаживанием по методу наименьших квадратов. Для количественного определения уровня полового диморфизма по длине тела использована дивергенция Кульбака. Для расчета попарных корреляций рассматриваемых соматических параметров с годом обследования привлечены дополнительно литературные материалы обследования школьников ряда промышленных центров РФ и бывшего СССР.

Результаты. Возраст пика скорости роста длины тела на протяжении полувека по сравнению с выборками рубежа 1950хؘ–1960х годов в целом «молодеет»: Новосибирск, мальчики 14,25–13,88 года, девочки 12,70–11,74 года; Самара, мальчики 14,45–11,79 года, девочки 12,64-11,61 года. Интенсивность пика скорости роста имеет тенденцию к увеличению: Новосибирск, мальчики 5,75–7,00 см, девочки 5,55-6,30/6,05 см; Санкт-Петербург, мальчики 5,94-6,85 см, девочки 6,04–6,50 см. Наименьшие значения полового диморфизма по длине тела принадлежат в Новосибирске и Санкт-Петербурге выборкам рубежа 1950х–1960х гг., наибольшие – выборкам манифестных акселератов 1970х во всех рассматриваемых регионах. С годом обследования обнаруживают ожидаемо высокие положительные корреляции длина тела мальчиков (0,74), длина тела девочек (0,61) и стандартизованная величина полового диморфизма или дивергенция Кульбака (0,64) «окончательной» длины тела 17-летнего юношества. Ассоциаций возраста и интенсивности ПСР по длине тела с годом обследования не выявлено.

Заключение. Наиболее поздний и менее интенсивный в целом пик скорости роста длины тела для выборок, обследованных на рубеже 1950х–1960х годов, связан в значительной степени с отдаленными последствиями Великой отечественной войны 1941–1945 годов. Высокие положительные корреляции длины тела мальчиков и девочек в 17 лет и полового диморфизма по длине тела с годом обследования отражают в целом непрерывность явления секулярного увеличения длины тела, имеющего надпопуляционный характер. Отсутствие корреляций возраста и интенсивности пика скорости роста длины тела с годом обследования свидетельствует о значительных «тактических» локальных различиях в механизмах адаптации популяций. пик скорости роста и половой диморфизм длины тела являются информативными чувствительными индикаторами секулярных трендов в популяционном мониторинге на восходящем отрезке онтогенеза.

Благодарности. Исследование выполнено в рамках государственного задания МГУ имени М.В.Ломоносова

Введение. В результате археологических раскопок в Крымском районе Краснодарского края многослойного поселения Чекупс-2, датированного широким временным диапазоном от эпохи античности до средневековья, была найдена хозяйственная яма, содержащая 34 черепа со следами предсмертных травм и признаками скальпирования. Датировка находки археологическими методами оказалась затруднительна, так же, как и вероятная культурная принадлежность погибших людей.

Материалы и методы. Для исследования использовали черепа 16 индивидов с наилучшей сохранностью. На основе геномной ДНК, выделенной из каменистой части височных костей, были приготовлены фрагментные библиотеки и проведено геномное секвенирование с последующим биоинформатическим анализом.

Результаты. В соответствии с прямой радиоуглеродной датировкой был определен возраст погребения, соответствующий периоду античности (I –IV вв. н.э.). На основе результатов геномного секвенирования было показано, что все исследованные черепа принадлежали индивидам мужского пола. В результате анализа аутосомных генетических маркеров, а также гаплогрупп митохондриальной ДНК и Y-хромосомы было показано отсутствие близких родственных связей
(1–3 степени родства) между исследуемыми индивидами, а также родства по мужской и женской линиям. Для десяти образцов были определены гаплогруппы Y-хромосомы, из них Y-хромосомы семи индивидов принадлежат гаплогруппе J2a1, еще у трех индивидов определена гаплогруппа G2a2, показана автохтонность происхождения индивидов по Y-хромосоме для всех определенных глубоких субкладов. Выявлена гетерогенность материнских линий, митохондриальные последовательности всех индивидов принадлежат различным гаплогруппам (U1b2d, U1b2d1, U1a1a1b, U5a1b1, T2d2a1a, T2l, W1i2, N1b1b, I1, X4a3a, X4a3, H, H4, H80, H55, HV4b1).

Заключение. Впервые получены данные, уточняющие исторический период совершения данного захоронения. Генетические данные по однородительским маркерам демонстрируют как автохтонное происхождение отдельных индивидов, так и преемственность исследованных индивидов с населением скифского времени, что открывает новые перспективы для дальнейшей проверки гипотез о происхождении этих людей и исторических причинах их гибели.

Финансирование. Результаты получены при финансовой поддержке исследования, реализуемого в рамках государственной программы федеральной территории «Сириус» «Научно-технологическое развитие федеральной территории «Сириус», Соглашение № 18–03 от 10.09.2024, код проекта GEN-BFT-2407 (Г.М.С., М.А.Д., Р.Е.В.).

Приложение размещено по ссылке

Введение. Немногочисленность фанагорийских погребальных комплексов классического времени, исследованных на современном научном уровне, контрастирует с обширными материалами эллинистического и римского периодов. Это придает особую ценность погребальным комплексам Фанагории IV в. до н.э., особенно тем из них, которые имеют выразительный археологический контекст и хорошую сохранность антропологических материалов.

Материал и методы. Объектом исследования стали антропологические материалы из двух сырцовых гробниц, открытых под насыпью кургана 288 в Аллее курганов на Южном некрополе столицы Азиатского Боспора. Они были исследованы изотопными и палеогенетическими методами (геномное секвенирование, анализ методом главных компонент, Admixture и f3-статистики).

Результаты. Получена радиоуглеродная датировка для одного образца, что открывает перспективу соотнесения датировки на основании археологических данных и этого естественнонаучного метода. По итогам палеогеномных исследований установлено родство 2-ой степени, по материнской линии, для женщин, захороненных в погребениях под одной насыпью этого кургана. Впервые на материалах Северного Причерноморья классического времени получены свидетельства присутствия среди населения полиса потомков выходцев из Средиземноморья.

Заключение. Результаты исследования дДНК впервые показали, что на ранних этапах существования Фанагории среди ее населения присутствовали переселенцы из Средиземноморья (или их потомки), а также выявили свидетельства их смешения с местным «варварским» населением.

Финансирование. Результаты получены при финансовой поддержке исследования, реализуемого в рамках государственной программы федеральной территории «Сириус» «Научно-технологическое развитие федеральной территории «Сириус», Соглашение № 18–03 от 10.09.2024, код проекта GEN-BFT-2407 (Г.М.С., М.А.Д., Р.Е.В.).

Приложение размещено по ссылке

Введение. Вопрос о сопоставимости результатов оценки состава тела методами биоимпедансного анализа и антропометрии, их совместном использовании и взаимозаменяемости остается дискуссионным. Цель исследования - оценить взаимосвязь, уровень систематического межметодного расхождения и согласованность временных траекторий показателей состава тела, полученных с применением биоимпедансного анализа и антропометрии при повторных измерениях у квалифицированных спортсменов.

Материал и методы. Участники исследования - 18 спортсменов (12 мужчин, 6 женщин) 19–23 лет, специализирующихся в пожарно-спасательном спорте. Применялись: анализатор водных секторов организма «АВС-01 Медасс» (Россия); антропометр, медицинские весы, сантиметровая лента и калипер Lange (Cambridge, Maryland). Мышечная и жировая масса рассчитывались с использованием: базовой программы оценки состава тела «АВС-03612» и схемы Матейки (1921). Проведено пять повторных измерений с интервалом 35–40 дней, оценивались абсолютная и относительная мышечная и жировая масса. Применялись парный критерий Вилкоксона, ранговые коэффициенты Спирмена, внутриклассовый коэффициент корреляции (ICC2), анализ Бланда-Альтмана для уровней и межтестовых изменений, линейные модели смешанных эффектов (LMM).

Результаты и обсуждение. В группе спортсменов значения мышечной массы по БИА были систематически ниже, жировой – систематически выше по сравнению с антропометрическими результатами. Различия значимы во всех точках (p = 0,002 у мужчин, p = 0,028 у женщин). Выявлена сильная корреляционная связь (0,63–0,93) между абсолютными показателями; ICC2, учитывающий систематическое межметодное расхождение и разброс между методами, существенно ниже (0,05–0,65). Для большинства показателей выявлено пропорциональное и значительное систематическое межметодное расхождение. Методы согласованно отражают групповые временные тренды, их взаимозаменяемость ограничена в индивидуальном лонгитюдном мониторинге.

Заключение. Результаты подчеркивают необходимость оценки согласия между методами с учетом межметодного расхождения, его устойчивости, возможного пропорционального компонента и различий между групповым и индивидуальным уровнями анализа.

Финансирование. Исследование выполнено в рамках государственного задания ФГБУ ФНЦ ВНИИФК № 777-00021-26 (тема № 001-25/3).

Введение. Формирование устойчивой иерархической структуры в группах приматов ведет к снижению проблемной социальной агрессии. Сетевой анализ взаимоотношений в динамике позволяет глубже понять механизмы становления и поддержания иерархии доминирования-подчинения в сообществах. Цель – проследить динамику аффилиативных и агонистических сетей в группе неродственных макак резусов (Macaca mulatta) от момента объединения и до достижения репродуктивного возраста.

Материалы и методы. Проводили лонгитюдные наблюдения за сообществом из 9 неродственных макак с использованием метода сканирования группы и фокальных наблюдений за каждой парой взаимодействующих особей с построением агонистических и аффилиативных сетевых матриц по трем срезам: после объединения макак в возрасте 14-18 месяцев, спустя полгода и спустя полтора года совместного пребывания. Оценивали основные сетевые показатели и выявляли достоверные изменения в социальном поведении по мере взросления особей.

Результаты и обсуждение. Аффилиативные сети выявили временную динамику во взаимоотношениях старших и младших особей, при этом во втором срезе наблюдалось значимое увеличение, а в третьем – значимое снижение дружелюбных контактов между ними. Агонистические сети четко отражали иерархию доминирования-подчинения, направленную от старших к младшим в пределах одного пола во всех трех временных срезах, однако во втором периоде наблюдалось значимое увеличение межполовой агрессии от двух самых младших самок к самцам, близким по возрасту, а в третьем периоде выявилась средне-ранговая пара самка-самец с достоверным увеличением двусторонней агрессии между ними.

Заключение. Динамика взаимоотношений подростков выявила нестабильность между полами на уровне низко- и средне-ранговых особей младшего возраста, повлекшую вспышки коллективной агрессии и травмы младших самок. Результаты позволяют оценить влияние иерархии доминирования-подчинения в сообществе неродственных обезьян на здоровье, выживаемость и репродуктивный успех и представляют интерес для понимания основ человеческой социальности.

Благодарности. Авторы выражают благодарность сотрудникам антропоидника за помощь в проведении ежедневных наблюдений за макаками.

Финансирование. Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда (проект № 25-28-02525).

Введение. Статья посвящена археоакустическим данным как источнику антропологической интерпретации ритуального пространства в древних обществах. Ее цель состоит в том, чтобы показать, каким образом акустические свойства пещер, мегалитических сооружений, гипогеев и других объектов могли участвовать в сакрализации пространства, организации ритуального действия и формировании коллективного опыта.

Материалы и методы. Материалом исследования послужили опубликованные работы по археоакустике, антропологии ритуала, психоакустике и сенсорной археологии, посвященные древним культовым пространствам с выраженными эффектами эха, реверберации и резонанса. Методологически статья представляет собой сравнительно-аналитический обзор. При анализе учитывались акустические характеристики памятников, их археологический и пространственный контекст, а также возможность антропологической интерпретации.

Результаты и обсуждение. Обзор опубликованных исследований показывает, что в палеолитических пещерах, мегалитах, гипогеях и ряде открытых сакральных ландшафтов акустические особенности пространства нередко совпадают с зонами ритуальной активности, изображениями, внутренними камерами и участками коллективного присутствия. Это позволяет рассматривать звук как часть чувственно и пространственно организованного ритуального опыта. Акустическая среда могла усиливать отделенность ритуального пространства, влиять на восприятие, телесную вовлеченность и формы совместного действия. В более осторожной интерпретации ритуальные звуковые практики могли быть связаны и с поддержанием культурной общности через повторяющееся совместное переживание обряда. Вместе с тем подчеркивается, что археоакустические данные не дают оснований напрямую выводить из них процессы этногенеза или содержание религиозных представлений вне широкого контекста.

Заключение. Археоакустика расширяет антропологическое понимание ритуального пространства, поскольку позволяет учитывать его звуковую организацию наряду с визуальными и архитектурными признаками. Такой подход помогает анализировать, как акустическая среда включалась в сакральный опыт, пространственную организацию обряда и коллективное действие. Тем самым археоакустический подход выступает как важный элемент более широкой антропологической реконструкции древних ритуалов.

Благодарности. Исследование выполнено в рамках государственного задания МГУ имени М.В.Ломоносова.

Введение. Натуралистические погребальные портреты в виде скульптурных изображений умершего (гипсовые маски) появляются в египетском заупокойном культе в римский период истории Древнего Египта, свидетельствуя о синтезе религиозных и культурных традиций полиэтнического римского общества. Проведение первичной антропологической оценки изобразительного материала – полихромных гипсовых погребальных масок стало целью данной работы.

Материалы и методы. Материалы собирались в оцифрованных коллекциях музеев, а также с использованием каталога (Müller, 2021b). Всего рассмотрено 206 мужских масок, выборка рассматривалась в трёх градациях «портретности» и «возраста» индивидов. В работе применялся антропоскопический метод, для описания пигментации использовали фактический цвет краски или инкрустации. Для расчёта данных применялась одномерная статистика и одномерный дисперсионный анализ (F –критерий); оценивались достоверности различий встречаемости признаков (хи-квадрат).

Результаты и обсуждение. Из многочисленного корпуса гипсовых масок лишь малая их часть могла представлять портрет конкретного человека, в большинстве своём маски типизированы, но полиморфны в отображении морфологии лица. Как элемент идеализации образа на масках изображается улыбка (42%). Количество признаков для антропологического описания в трёх группах «портретности» достоверно отличаются, проработанность черт лица на масках максимальна в выборке зрелого возраста. Сравнение средних баллов развития описательных признаков и частот встречаемости показали значимые достоверные различия для нескольких признаков: выступание скул (для «портретных» и для возрастных групп), ширина глазной щели и цвет глаз (только для «портретных» групп), форма волос (только для возрастных групп). Пигментация волос на масках показана только коричневым (29,5%) и чёрным (70,5%) цветом, светлая и смешанная пигментация глаз (12,7%) показана чаще инкрустацией. Частота встречаемости прямой формы волос и «светлых» глаз меняется с увеличением портретности масок и возрастом изображённого персонажа.

Заключение. Мужская выборка гипсовых масок демонстрирует наличие внутригрупповой изменчивости и схожую в целом картину вариаций большинства описательных признаков лица вне зависимости от уровня исполнения портрета-маски. Дальнейшее антропологическое изучение гипсовых масок требует коррекции выборки и увеличения численности наиболее портретных масок.

Благодарности. Исследование выполнено в рамках государственного задания МГУ имени М.В.Ломоносова

Введение. До недавнего времени серия черепов из Земляного городища Старой Ладоги была единственной выборкой, характеризующий этот средневековый город. Данная работа посвящена исследованию новой ладожской краниологической серии из открытого в 2022 г. средневекового грунтового могильника на р. Заклюка.

Материалы и методы. Материалом для исследования послужил 21 череп (9 мужских и 12 женских) с территории некрополя, большая часть которых была подвержена реставрации (выборка включала только три целых черепа). Серия была изучена по краниометрической методике, принятой в российской палеоантропологии в редакции Г.Ф. Дебеца и В.П. Алексеева. Анализ включал сравнение серии с другой староладожской группой с территории Земляного городища при помощи парного t-критерий Стьюдента по отдельным признакам и методом главных компонент. Кроме того, исследуемая выборка была рассмотрена на широком сравнительном фоне средневековых групп русского Северо-Запада при помощи канонического дискриминантного анализа.

Результаты. Мужская часть выборки характеризуется средними размерами и пропорциями как мозгового отдела, так и лицевого скелета, при этом она обладает широким лбом, развитой горизонтальной профилировкой лица и относительно широконоса. По морфологическим особенностям близка к облику широкого круга славянских групп. Женская серия при сходных размерах и пропорциях лица отличается от мужской долихокранией и высокосводчатостью мозговой капсулы. Серия с территории могильника на р. Заклюка отличается от ранней группы из Земляного городища по признакам, разграничивающим «германский» и «славянский» морфологические комплексы (по Т.И. Алексеевой). На фоне средневековых групп Северо-Запада исследованная серия сближается с древнерусскими псковичами, усредненными сериями с территории Верхнего Поволжья и населением древнерусских погостов, ассоциированным со славянами.

Заключение. Проведенное исследование позволило связать жителей средневековой Ладоги со славянскими группами Северо-Запада и Верхневолжья, а также вписать его в общий палеоантропологический пласт населения, ассоциированного с распространением древнерусской культуры.

Благодарности. Автор выражает глубокую признательность автору раскопок М.С. Павловой за возможность работать со скелетными останками из Старой Ладоги, консультации по археологическому контексту и важные замечания к тексту работы, а также А.И. Ивановой за качественную лабораторную обработку и сохранение материала.

Финансирование. Работа выполнена в рамках государственного задания МАЭ им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН «Центры этно- и культурогенеза и контактные зоны в Евразии и Америке в конце плейстоцена и голоцене (по данным физической антропологии, археологии и этнологии)».

Введение. Значительные разрушения скелетных останков, происходящих из могильников Юга России, заставляют отказываться от классических измерительных исследований черепа и искать новые подходы изучения краниологических серий. Одним из способов изучить выборку плохой сохранности на межгрупповом уровне может стать система дискретно-варьирующих признаков. Важной частью работы с данной системой является возможность оценить таксономическую значимость и частоты того или иного признака, характерные для изучаемой территории. Чтобы иметь возможность оценивать частоты признаков на указанной территории, были рассчитаны средние значения для населения раннего железного века Прикубанья и Северо-Восточного Причерноморья.

Материалы и методы. Для достижения поставленной цели были изучены дискретно-варьирующие признаки на черепах, происходящих из целого ряда могильников с территории Краснодарского края. Это могильник Старокорсунского городища №2 (99 черепов), датирующийся VI в. до н.э. – III в. н.э. Могильник поселения Волна-1 (73 черепа) VI-II вв. до н.э. Могильник городища Спорное (47 черепов) IV в. до н.э. – III в. н.э. И Прикубанский могильник, датирующийся IV – началом III в. до н. э. на котором на сегодняшний день изучено 22 черепа. В настоящем исследовании приведены лишь те признаки, которые разрабатываются московской школой краниофенетики.

Результаты и обсуждение. Целый ряд дискретно-варьирующих признаков, изученных на черепах населения в раннем железном веке, обитавшем на территории Краснодарского края, не просто превышают максимальные значения частот, рассчитанные А.А. Мовсесян для выборок Южной Европы и Кавказа, но и часто выглядят необычно высокими на фоне других опубликованных данных. Особенностью изученных серий можно считать высокие частоты лобного и теменных отверстий, вставочных косточек в лямбдовидном и коронарном швах и в области сосцевидного родничка, а также небного валика и ряда других признаков.

Заключение. Проделанная работа позволяет оценить частоты дискретно-варьирующий признаков для серий, происходящих не только с территории Краснодарского края, но и других областей, попадавших в зону влияния меотской археологической общности, а также культур, в раннем железном веке вступавших во взаимодействие с меотами.

Финансирование. Статья подготовлена в рамках проекта РНФ No 22-18-00108 «Северный Кавказ в эпоху поздней бронзы и раннего железа: люди, кони, металл».

Введение. Статья посвящена исследованию трепанационного отверстия, обнаруженного при изучении коллекции черепов ранних кочевников Южного Урала из краниологического хранения Научно-исследовательского института и Музея антропологии Московского государственного университета им. М.В.Ломоносова. Череп происходит из кургана 20 могильника Новый Кумак, расположенного в Оренбургской области. Погребение датировано IV в. до н.э. и относится к раннесарматскому времени. Целью данного исследования является введение в научный оборот нового случая трепанации и определение обстоятельств и возможных причин проведения операции, зафиксированной на черепе раннего кочевника.

Материалы и методы. В статье рассматривается археологический контекст обнаружения черепа с трепанацией в Ново-Кумакском могильнике. Проводятся половозрастные определения по морфологическим признакам черепа. Представлено описание черепа и зубочелюстной системы. Описание трепанации выполнялось согласно методике, предложенной М.Б. Медниковой. Для дифференциальной диагностики применялись описательный микроскопический метод исследования и фотофиксация.

Результаты и обсуждение. Удалось установить, что на черепе мужчины старше 55 лет была выполнена предсмертная или посмертная трепанация. Трепанационное отверстие локализовано на месте травмы, которая, вероятно, была получена еще при жизни. В рамках поиска возможных причин проведения подобных операций были рассмотрены различные интерпретации назначения трепанаций на черепах древнего населения раннего железного века Центральной и Средней Азии, а также Южной и Западной Сибири.

Заключение. Погребение из Ново-Кумакского могильника может быть охарактеризовано как захоронение представителей кочевой знати. Рассматриваемый случай трепанации, по-видимому, связан с посмертными манипуляциями при подготовке тела к погребению. Возможно, эта практика отражает влияние традиций, пришедших в южноуральские степи с востока, что подтверждается и по данным археологии.

Благодарности. Авторы статьи выражают благодарность директору НИИ и Музея антропологии МГУ, академику РАН А.П. Бужиловой за предоставленную возможность изучить серию черепов ранних кочевников Южного Урала, а также старшим научным сотрудникам НИИ и Музея антропологии МГУ к.б.н. Н.Я. Березиной и к.б.н. Д.В. Пежемскому за ценные советы и рекомендации.

Исследование проводилось при поддержке ЦКП МГУ «Технологии получения новых наноструктурированных материалов и их комплексное исследование», национального проекта «Наука» и Программы развития МГУ.

Финансирование. Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда № 25-28-20201 «Профессиональная специализация в обществах кочевников раннего железного века Южного Урала в VII–III вв. до н.э.», https://rscf.ru/project/25-28-20201/

Введение. Цель статьи – определить характер изменчивости фенофонда населения Старой Руссы XIV–XVII вв. В палеоантропологическом отношении Старая Русса до недавнего времени оставалась почти неизученной. Остро стоит вопрос о генезисе населения средневекового города. В настоящей работе публикуются первые одонтологические данные по населению Старой Руссы и сделана попытка выйти на обобщения, опираясь на все доступные в настоящий момент палеоантропологические выборки.

Материал и методы. Изученная серия состоит из 135 индивидов и сформирована из трёх групп, представляющих близкорасположенные кладбища Старой Руссы: первая относится к Георгиевской церкви и датируется второй половиной XIV в. (42 индивида), вторая – к Мининской церкви, датируется XVI–XVII вв. (71 индивид), третья относится к Никольской церкви (22 индивида) – она синхронна Мининской выборке. Некрополи изучены в ходе археологических раскопок под руководством Е.В. Тороповой (Новгородский государственный университет) в 2006-2009 гг. Программа исследования сформирована исходя из методических разработок А.А. Зубова.

Результаты. Жители Старой Руссы являются носителями северного грацильного комплекса (типа) западного одонтологического ствола. При сравнении выборок, образованных как по локальному, так и по хронологическому критерию (объединение двух групп XVI–XVII вв.), наблюдается стабильность морфологических особенностей населения Старой Руссы на протяжении XIV–XVII вв. Статистически значимых расхождений между частотами признаков не выявлено (за одним исключением, объяснимым небольшим числом наблюдений). Такой гомогенности мы не наблюдаем, например, во Пскове, где представлено несколько различающихся морфологических вариантов. При эмпирическом и многомерном сравнении, одонтологический комплекс рушан схож преимущественно с тем, что был описан Р.У. Гравере для обобщенной выборки кривичей. Нельзя отрицать также участия прибалтийско-финских популяций в формировании населения Старой Руссы.

Заключение. Основной вывод заключается в фенотипической преемственности населения Старой Русcы разных исторических периодов («московского» и «домосковского»). Это говорит о том, что процесс вхождения Старой Руссы в состав Московского царства не оказал существенного влияния на фенофонд, сформировавшийся, вероятнее всего, на «кривичской» основе (с включением прибалтийско-финского компонента). Схожие популяционные процессы происходили и в некоторых других негородских поселениях Северо-Запада, где обнаружен в значительной доле схожий одонтологический комплекс (Залахтовье, Печоры).

Благодарности. Перед написанием текущей работы, автором был сделан доклад «Одонтологическая характеристика населения Старой Руссы второй половины XIV–XVII вв.» на XL научной конференции «Новгород и Новгородская земля. История и археология» (29.01.2026). Автор выражает признательность организаторам конференции за возможность выступить и обсуждение полученных результатов. Автор благодарит коллектив археологов НовГУ и лично начальника Старорусской археологической экспедиции к.и.н. Е.В. Торопову за возможность работы с палеоантропологическими находками, сотрудников НИИ и Музея антропологии МГУ за организацию доступа к коллекциям, Н.А. Лейбову за предоставление неопубликованных данных и консультации в ходе написании статьи, а также – О.М. Лейбову за помощь в визуализации данных.

Введение. Публикация направлена на введение в научный оборот новых краниологических материалов, а также на их сравнительный анализ с уже опубликованными сериями для определения места рассматриваемых выборок в системе краниологической изменчивости населения аланской культуры Северного Кавказа.

Материалы и методы. Основой для исследования послужили палеоантропологические коллекции из могильников Кари Цагат (IX–XII вв. н.э., Северная Осетия-Алания) и Султан-гора-4 (III–V вв. н.э., Ставропольский край). Антропологический материал из могильника Кари Цагат составил 44 черепа: 21 мужской, 16 женских и 7 с неопределенным полом, а из могильника Султан-гора-4 – 5 черепов: 3 мужских и 2 женских. Для межгруппового сравнения использовался метод канонического дискриминантного анализа, реализованный с помощью пакета программ MultiCan. Статистическая обработка краниологических данных проводилась в программе Statistica 10. В качестве сравнительного материала были использованы опубликованные данные по десяти аланским сериям.

Результаты. Краниометрический анализ мужских и женских черепов из могильника Кари Цагат выявил преимущественно средние размеры мозгового и лицевого отделов при высокой индивидуальной вариабельности (от малых до очень больших значений). Мужские черепа мезокранны, женские – долихокранны. Мужские черепа из могильника Султан-гора-4 можно охарактеризовать как мезокранные со среднешироким лицом, узкими и низкими орбитами. Межгрупповой канонический дискриминантный анализ (63% межгрупповой изменчивости) показал, что основную дифференциацию сравниваемых аланских групп (11 выборок, серия Султан-гора-4 из-за малочисленности не вошла в анализ) обеспечивают признаки лицевого отдела (ширина и высота орбит, высота лица и носа) в сочетании с пропорциями мозговой коробки. В пространстве первых двух канонических переменных выборка Кари Цагат занимает центральное положение.

Заключение. Раннесредневековое население Центрального Кавказа характеризовалось мозаичной антропологической структурой, сформированной в зоне активных миграций и метисационных процессов. Предполагается, что серия из могильника Кари Цагат, демонстрирующая высокую индивидуальную изменчивость и морфологическое сходство с западно-аланскими группами, отражает поликомпонентное формирование аланских популяций. Мы не исключаем, что на примере серии Султан-гора-4 можно предположить сохранение антропологической идентичности в горно-предгорной зоне, которая при культурной интеграции в аланский ареал не утратила исходную морфологическую характеристику. Однако малочисленность выборки не позволяет остановиться на этом выводе окончательно.

Благодарности: Авторы выражают благодарность НИИ и Музею антропологии МГУ имени М.В.Ломоносова за предоставление доступа к антропологическим материалам.

Финансирование: Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда (проект № 25-18-00322).